Теперь, когда вы познакомились с семьей, вы увидите некоторые события их жизни. Мы начинаем с детей — здесь они показаны такими же, как и в древние времена, и сегодня. Поэтому мы не удивляемся, узнав, что дети Юлия и Эмилии не всегда могут ужиться друг с другом. Здесь маленькая Юлия первой страдает, потому что её пение раздражает старшего брата. Мир восстанавливается только после вмешательства матери и отца.
Глава разделена на три сцены (scaena prima, secunda, tertia).
Несколько новых слов в этой главе — глаголы. Глагол (лат. verbum) — это слово, которое выражает действие или состояние: что кто-то делает что-то или что что-то существует или происходит. Первый латинский глагол, который вы встречаете, — это cantat в первом предложении: Iulia cantat. Другие глаголы: pulsat, plorat, ridet, videt, vocat, venit и т.д. Все они оканчиваются на -t — как и est, который также является глаголом — и чаще всего стоят в конце предложения.
Как и существительные, глаголы группируются в категории, называемые спряжениями (coniugationes); глаголы I спряжения имеют основу на -a, II спряжения на -e, IV спряжения на -i. В Cap. IV вы выучите некоторые глаголы III спряжения, которые также имеют окончание 3-го лица единственного числа на -it; в этом спряжении у некоторых глаголов основа оканчивается на -i, а у других — на согласный.
Первое из двух слов в предложении Iulia cantat обозначает лицо, которое выполняет действие. Другие предложения того же типа:
Но не всегда всё так просто. Возьмем, к примеру, предложение, которое проиллюстрировано маленьким рисунком на полях: Marcus Iuliam pulsat (1.8). Здесь нам сообщают не только, кто выполняет действие, но и на кого оно направлено. Та же модель наблюдается в следующих предложениях, также проиллюстрированных картинками:
Подлежащее: Лицо, которое выполняет действие, называется подлежащим глагола. Подлежащее имеет окончание -us, -a (или -um для существительных среднего рода); эти формы называются именительным падежом (лат. nominativus).
Дополнение: Лицо, на которое (или объект, на который) направлено действие, дополнение, принимает окончание -um или -am. Формы -um и -am называются винительным падежом (лат. accusativus).
Другими словами: Iulia меняется на Iuliam, когда нам говорят, что Марк ударил её, так же как Marcus становится Marcum, когда он — жертва. В аналогичных обстоятельствах puella меняется на puellam, а puer на puerum, и определяющие прилагательные получают то же окончание:
| муж. р. | жен. р. | |
|---|---|---|
| именительный: | -us | -a |
| винительный: | -um | -am |
Как именительный (подлежащее), так и винительный (дополнение) называются падежами: cāsus nōminātīvus и cāsus accusātīvus.
Глаголы, такие как pulsat, videt, vocat, которые могут употребляться с дополнением в винительном падеже, называются переходными. Глаголы без дополнения — например, plōrat, dormit — являются непереходными.
В следующем предложении первый глагол (pulsat) переходный, а второй (ridet) непереходный:
Mārcus puellam pulsat—et ridet! (1.12)
Notā Bene: Необходимо обращать внимание, является ли слово переходным в латыни — это не всегда будет совпадать с его эквивалентом в русском!
Вместо существительных в винительном падеже на -am и -um иногда используются слова eam и eum, например:
На странице 20 вы заметите примечание на полях "eam: Iūliam", означающее, что здесь eam заменяет Iūliam.
Слова такого рода, которые заменяют имя или существительное, называются местоимениями (лат. prōnōmen, от prō "вместо" и nōmen "имя" или "существительное").
Соответственно eum (его) и eam (её), местоимение mē используется, когда человек говорит о себе, а tē — о собеседнике (в русском "меня" и "тебя"):
| муж. р. | жен. р. | |
|---|---|---|
| винительный: | eum | eam |
| mē | tē |
В русском мы используем местоимения "он" и "она": Где Юлий? Почему он не приходит? Но в латыни эти местоимения не нужны. Когда контекст показывает, кто является подлежащим, его не нужно повторять (или заменять местоимением):
"Ubi est Iulius? Cur non venit?" (строки 35-36)
Аналогично:
Вопросительное наречие cūr ("почему?") используется для вопроса о причине (лат. causa). Вопрос, начинающийся с cūr, требует ответа с причинным союзом quia ("потому что"):
вопрос: cūr...?
ответ: ...quia...
Союзы et и sed обычно не сочетаются с отрицанием; вместо et non и sed non используется союз neque (ne- + -que), то есть -que, присоединенное к исходному отрицанию ne (= non):
ne- + -que = et non (sed non)
В предложении Puer qui parvam puellam pulsat improbus est (строка 63), qui относится к puer и называется относительным местоимением. Относительное местоимение связывает ("относит") придаточное предложение с главным. Относительное местоимение относится к слову в главном предложении, называемому антецедентом. Местоимение согласуется со своим антецедентом в роде и числе, но его падеж определяется придаточным предложением. В приведенном примере qui стоит в мужском роде, единственном числе, чтобы согласоваться со своим антецедентом puer, и в именительном падеже, потому что оно является подлежащим глагола pulsat в своем собственном придаточном предложении.
Ещё примеры:
В качестве относительного местоимения quem используется в мужском роде, а quam — в женском, когда оно представляет дополнение глагола в своем придаточном предложении:
Примеры показывают, что qui и quem (муж. р.) относятся к существительному мужского рода, а quae и quam (жен. р.) — к существительному женского рода.
В Cap. IV (1.75) вы встретите quod, которое относится к существительному среднего рода:
baculum, quod in mensa est
В конце главы (стр. 23) вы найдете предложения как с вопросительным, так и с относительным местоимением, например:
В женском роде два местоимения идентичны:
Вопросительное местоимение quis в винительном падеже — quem:
Рассмотрите эти предложения:
(из Cap. II)
Iulius est vir Romanus.
Iulius est pater Marci.
Эти два независимых предложения равны по значимости. Их общая лексическая связь — Iulius. Заменив одно Iulius относительным местоимением, мы можем составить два разных сложных предложения:
В первом предложении то, что Юлий — римский мужчина, подчинено тому, что он отец Марка, в то время как во втором его отцовство является подчиненной, зависимой идеей.
(из Cap. III)
Iulius eum audit. Iam non dormit pater. (1.48)
Можно составить:
Pater, qui eum audit, iam non dormit. Отец, который слышит его, больше не спит.
или
Iulius, qui iam non dormit, eum audit. Юлий, который больше не спит, слышит его.
Поскольку pater и Iulius оба относятся к одному и тому же лицу, мы можем заменить одно из вхождений относительным местоимением. Значение предложения немного меняется в зависимости от того, как объединены части. Первое предполагает (как и исходные два независимых предложения), что Юлий больше не спит, потому что слышит плач Марка, и это его будит. Второе предполагает, что он слышит Марка, потому что уже не спит.
| Относительное местоимение: | связывает придаточное предложение | ||
| муж. р. | жен. р. | ср. р. | |
| именительный: | qui | quae | quod |
| винительный: | quem | quam | quod |
| Вопросительное местоимение: | задает вопрос | ||
| именительный: | quis | quae | quid |
| винительный: | quem | quam | quid |
Во второй сцене мы видим, как Юлий спит на lectus, римской кровати. Хотя она выглядит довольно неудобной, такие спальные ложа были распространены в древнем мире (другие изображения на стр. 74, 78, 187). По нашим меркам, римская мебель могла быть скудной. Три наиболее распространенных предмета были: стол (mēnsa), стул (sella) и кушетка (lectus). Места для хранения в виде шкафов (armārium) и сундуков (arca) также были важны. Контейнеры для книг (свитков) имели различные названия: capsa (также в уменьшительной форме: capsula) — это цилиндр, который часто можно увидеть у ног статуи того, кто хочет обозначить себя как образованного человека. Scrīnium был переносным сундуком для хранения книг и бумаг. Cista (также в уменьшительной форме: cistula) — это плетеная корзина, используемая для хранения различных вещей, включая книги; особое применение cista — хранение священных принадлежностей на религиозном празднике. Масляные лампы (lucernae) были повсеместны. Их можно было носить в руке и ставить на подсвечник (lychnūchus, λυχνοῦχος).
Мебель — особенно столы, к которым римляне были особенно привязаны, — могла быть признаком богатства. Начало Cap. IV (стр. 26) показывает Юлия, сидящего за столом, который стоит на искусно вырезанных ножках. Плиний Старший (I век н. э.) пишет о римской мании к столам (mēnsārum insānia) из древесины цитруса (кедра) (arbor cītrī, Historia Nātūrālis, 13.29); в другом месте он пишет о ножках столов из слоновой кости (12.3). Вы увидите в конце нашей истории, что Юлий может позволить себе украсить свою столовую дорогими тканями для обеденных лож (Cap. XXX). Римляне иногда приносили на званые обеды собственную салфетку (mappa) или полотенце для рук (mantēle). Катулл (I век до н. э.) жаловался, что кто-то украл у него салфетку во время обеда вне дома, которая была и дорогой, и подарком друга (Poem 12). Жалобы продолжались и во времена нашего повествования. Марциал (I век н. э.) пишет о недавнем посетителе: "Никто не принес своей салфетки (mappa), поскольку боялись краж: Гермоген стащил ткань (mantēle) со стола" (Книга 12.28: attulerat mappam nēmō, dum fūrta timentur: / mantēle ā mēnsā surpuit Hermogenes).
Юлий сидит на низком табурете (стр. 22: scamnum), но у римлян были разнообразные стулья (sellae) — включая стулья с высокой спинкой, которые мы увидим в Cap. XIV (стр. 110).
В третьей сцене, когда отец наказывает сына, звук изображается словом tuxtax (строки 64, 65), которое имитирует звук ударов. Телесные наказания для детей были обычным делом. Вот некоторые другие красочные латинские выражения:
В следующей главе вы встретите другие латинские восклицания: